В начале была совершенная тишина.
В этой тишине Господь произносит Свое Слово, созидая небо и землю. Затем, во время космической субботы – "седьмого дня", Господь почил от трудов.
Однако Его Слово продолжало Свою созидательную деятельность на протяжении всей истории человечества.
Господь через пророка Исаию говорит: "Слово Мое, которое исходит из уст Моих, не возвращается ко Мне тщетным, но исполняет то, что Мне угодно, и совершает то, для чего Я послал его" (Ис. 55, 11).
Если мы утверждаем, что Бог творит из небытия, ex nihilo, это означает, что Он говорит из тишины, чтобы привести в бытие все существующее силой Своего созидательного Слова.
Тем самым слово и тишина взаимодополняют друг друга.
Тишина, в самом положительном смысле слова, это то священное пространство, в котором Бог изрекает Свое Слово, чтобы создать мир и спасти его от смерти и разрушения.
В ветхозаветной традиции тишина становится способом божественного откровения.
Третья книга Царств описывает грозное явление Бога пророку Илии на горе Хорив.
Когда Господь проходил мимо, подул могучий ветер, разрушающий горы и сокрушающий скалы.
Однако текст говорит нам: "не в ветре Господь". За ветром последовало землетрясение, затем – огонь; но Бога не было и в них. И наконец – "после огня веяние тихого ветра" (3 Цар. 19, 12).
Древнееврейский текст еще более выразителен: "после огня звук абсолютной тишины".
С помощью такого парадоксального образа – "звук абсолютной тишины" – Господь являет Свое присутствие и Свою цель.
via